- Регистрация
- 14 Июл 2020
- Сообщения
- 9
- Реакции
- 25
- Никнейм
- Heidrich_Miller
- Автор темы
- #1
События в данной части происходят до переезда в Штат Сан-Андреас, округ Мэйз.
Предисловие:
Гейдрих Миллер - немецкий переселенец натурализовавшийся в США и сложивший свою судьбу с Вооружёнными Силами США. Воюя и разнося по всему миру свет и демократию Миллер однажды решается подать заявку на перевод в Военную Полицию. В Бундесвере такое подразделение называлось - Feldgendarmerie или ещё второе название Feldjaeger. Фельдъегерей мало кто любил, но Миллер понимал, что без них не было бы никакой дисциплины и порядка. Современная армия - это вам не та армия Наполеона. Технологии убийств становились всё круче, мощнее, как и те, кто их использовал. Методы ведения войны менялись, формы ведения войны, но неизменным оставалось одно - потребность в контроле за дисциплиной.
Имея боевые награды Миллер перебирается в Штат Сан-Андреас, а именно в округ Долины, но вскоре там произошёл некий инцидент и округ были вынуждены закрыть на карантин длительное время. Там уже будучи майором, Миллер руководил 22-м офисом Военной Полиции. Вскоре он перебрался в округ Мейз где уже столичная администрация Штата приняла его с распростёртыми объятиями. Перед своим новым назначением Миллер высоко скакнул по карьерной лестнице, ему даже пришлось некоторое время поработать в Вашингтоне в офисе Провост Маршалла. Теперь же высокопоставленный офицер намеревался наводить порядки в округе Мейз получив туда своё новое назначение.
Повествование:
- Что же такое Военная Полиция? - спросите вы. Я отвечу. Это та же полиция, только действует по отношению к военным. Обычные копы не могут приехать на военную базу и арестовать военного, потому что получат по зубам. А мы? Мы можем! Причём не только арестовать, мы можем останавливать военный транспорт, можем проверять документы на перевозимый груз, можем письмо направить командиру базы. Много чего можем. Нас мало кто уважает из военных ибо не понимают сути нашей профессии.
В своё время я начинал в 221-м батальоне Военной Полиции в Ираке, был сержантом. Прошёл сержантские курсы, ещё зелёный был. Ничего не понимал, а потом уже стал понимать, что к чему и как. Сейчас я уже в высших военных кругах, а тогда? А тогда я сопля был.
Повествование:
- Мы сопровождали конвои с поставками, организовывали блокпосты, проверяли солдат на алкотестере, кого-то даже отправляли под арест. Нас не любили никогда, но мы знали ради чего всё это делаем. Конечно, во время войны мы не регулируем движение прямо на поле боя, но на марше или при перемещении огромного скопления техники мы всегда тут как тут. Во время второй мировой войны немцам в 1944-м удалось обмануть одно из воинских соединений, они так хорошо замаскировались под американских солдат, что никто и не заметил подмены. И только Военная Полиция смогла распознать тогда неладное, когда колонны военного транспорта стали двигаться не в том направлении. Немцам тогда при помощи своей военной хитрости удалось сдержать наше наступление, но сегодня уже такие фокусы не прокатят. Система отлажена, мы знаем друг друга в лицо, по спискам и пофамильно. Это тогда не было ни факса, ни интернета и даже ни нормальной связи. А сейчас всё есть.
Повествование:
- На службу я всегда прибывал рано. Нужно было заполнить дежурную документацию, подать в Министерство рапорт за сутки о происшествиях в гарнизоне, а также проверить фактическое выполнение мероприятий. Такова была работа Коменданта. Всегда, везде и при любых обстоятельствах, при любой погоде, в любое время суток. Были и выезды когда ловили "лыжников".
У русских со времён СССР есть такая поговорка "встать на лыжи" - то есть самовольно покинуть место несения службы. Контрактники у нас этим промышляли частенько, хотя им и так позволялось уходить домой после смены. Это в мирное время. В военное время понятно, что солдаты должны быть в расположении и на своих местах. Для них и так создаются все условия, а они ещё и бегают по местным забегаловкам. А потом начинается. Массовое отравление, слегли с температурой и тому подобное. За свою практику я много чего повидал.
Повествование:
- Бывает обойдётся просто выговором, а бывали случаи когда приходилось и дела заводить. Тогда-то и начинались слёзы, мольбы, но я хочу напомнить всем господа - армия не место для игр и шалостей. Любая неосторожность или шутка может повлечь трагедию. Война - это сама по себе трагедия, а когда в мирное время гибнут солдаты - это вообще трагедия в двойне. Небоевые потери хуже боевых. Боевые понятно - штурмовал, убили при штурме, вернули гроб домой. Бывает. Жизнь наша такова. Всю жизнь воюем, но в мирное время когда один идиот начинает домогаться или лезть к другим, всё кончается ещё хуже.
- Бывали и административные приколы, когда сам командир базы нарушал. Тогда тоже приходилось разбираться. Знаете что самое мерзкое? Когда пьяная тварь позорит погоны офицера. Вот это омерзительнее всего.
Часть 2. Прибытие в округ Мэйз.
Повествование:
- Новое место службы повлекло и новые проблемы. Пришлось разбираться с принтером, настраивать коммуникации. Казармы старые, сырые. Солдат временно с казармы отселили в другой корпус.
Предисловие:
Гейдрих Миллер - немецкий переселенец натурализовавшийся в США и сложивший свою судьбу с Вооружёнными Силами США. Воюя и разнося по всему миру свет и демократию Миллер однажды решается подать заявку на перевод в Военную Полицию. В Бундесвере такое подразделение называлось - Feldgendarmerie или ещё второе название Feldjaeger. Фельдъегерей мало кто любил, но Миллер понимал, что без них не было бы никакой дисциплины и порядка. Современная армия - это вам не та армия Наполеона. Технологии убийств становились всё круче, мощнее, как и те, кто их использовал. Методы ведения войны менялись, формы ведения войны, но неизменным оставалось одно - потребность в контроле за дисциплиной.
Имея боевые награды Миллер перебирается в Штат Сан-Андреас, а именно в округ Долины, но вскоре там произошёл некий инцидент и округ были вынуждены закрыть на карантин длительное время. Там уже будучи майором, Миллер руководил 22-м офисом Военной Полиции. Вскоре он перебрался в округ Мейз где уже столичная администрация Штата приняла его с распростёртыми объятиями. Перед своим новым назначением Миллер высоко скакнул по карьерной лестнице, ему даже пришлось некоторое время поработать в Вашингтоне в офисе Провост Маршалла. Теперь же высокопоставленный офицер намеревался наводить порядки в округе Мейз получив туда своё новое назначение.
Повествование:
- Что же такое Военная Полиция? - спросите вы. Я отвечу. Это та же полиция, только действует по отношению к военным. Обычные копы не могут приехать на военную базу и арестовать военного, потому что получат по зубам. А мы? Мы можем! Причём не только арестовать, мы можем останавливать военный транспорт, можем проверять документы на перевозимый груз, можем письмо направить командиру базы. Много чего можем. Нас мало кто уважает из военных ибо не понимают сути нашей профессии.
В своё время я начинал в 221-м батальоне Военной Полиции в Ираке, был сержантом. Прошёл сержантские курсы, ещё зелёный был. Ничего не понимал, а потом уже стал понимать, что к чему и как. Сейчас я уже в высших военных кругах, а тогда? А тогда я сопля был.
Повествование:
- Мы сопровождали конвои с поставками, организовывали блокпосты, проверяли солдат на алкотестере, кого-то даже отправляли под арест. Нас не любили никогда, но мы знали ради чего всё это делаем. Конечно, во время войны мы не регулируем движение прямо на поле боя, но на марше или при перемещении огромного скопления техники мы всегда тут как тут. Во время второй мировой войны немцам в 1944-м удалось обмануть одно из воинских соединений, они так хорошо замаскировались под американских солдат, что никто и не заметил подмены. И только Военная Полиция смогла распознать тогда неладное, когда колонны военного транспорта стали двигаться не в том направлении. Немцам тогда при помощи своей военной хитрости удалось сдержать наше наступление, но сегодня уже такие фокусы не прокатят. Система отлажена, мы знаем друг друга в лицо, по спискам и пофамильно. Это тогда не было ни факса, ни интернета и даже ни нормальной связи. А сейчас всё есть.
Повествование:
- На службу я всегда прибывал рано. Нужно было заполнить дежурную документацию, подать в Министерство рапорт за сутки о происшествиях в гарнизоне, а также проверить фактическое выполнение мероприятий. Такова была работа Коменданта. Всегда, везде и при любых обстоятельствах, при любой погоде, в любое время суток. Были и выезды когда ловили "лыжников".
У русских со времён СССР есть такая поговорка "встать на лыжи" - то есть самовольно покинуть место несения службы. Контрактники у нас этим промышляли частенько, хотя им и так позволялось уходить домой после смены. Это в мирное время. В военное время понятно, что солдаты должны быть в расположении и на своих местах. Для них и так создаются все условия, а они ещё и бегают по местным забегаловкам. А потом начинается. Массовое отравление, слегли с температурой и тому подобное. За свою практику я много чего повидал.
Повествование:
- Бывает обойдётся просто выговором, а бывали случаи когда приходилось и дела заводить. Тогда-то и начинались слёзы, мольбы, но я хочу напомнить всем господа - армия не место для игр и шалостей. Любая неосторожность или шутка может повлечь трагедию. Война - это сама по себе трагедия, а когда в мирное время гибнут солдаты - это вообще трагедия в двойне. Небоевые потери хуже боевых. Боевые понятно - штурмовал, убили при штурме, вернули гроб домой. Бывает. Жизнь наша такова. Всю жизнь воюем, но в мирное время когда один идиот начинает домогаться или лезть к другим, всё кончается ещё хуже.
- Бывали и административные приколы, когда сам командир базы нарушал. Тогда тоже приходилось разбираться. Знаете что самое мерзкое? Когда пьяная тварь позорит погоны офицера. Вот это омерзительнее всего.
Часть 2. Прибытие в округ Мэйз.
Повествование:
- Новое место службы повлекло и новые проблемы. Пришлось разбираться с принтером, настраивать коммуникации. Казармы старые, сырые. Солдат временно с казармы отселили в другой корпус.
Последнее редактирование:
